Дело Андрея Новикова. Политическая цензура – не дело психиатров

6 ноября, по представлению НПА России, Уполномоченный по правам человека в Российской Федерации В.П.Лукин направил Генеральному прокурору России Ю.Я.Чайке курьерской почтой письмо (ВЛ 34 905-11) с приложением Обращения от имени НПА России.

«Уважаемый Юрий Яковлевич! Проблема, обсужденная на Пленуме Российского общества психиатров, заслуживает, на мой взгляд, серьезного и пристального внимания.

Последнее время ряд психиатров предпринимает попытки выйти за пределы своих профессиональных полномочий и самостоятельно определять наличие или отсутствие социальной опасности своих пациентов. Это может привести к крайне отрицательным последствиям как для них самих, так и для репутации страны.

Прошу Вас в оперативном порядке высказать суждение Генеральной прокуратуры России по данному вопросу. С уважением В.П.Лукин»

«Уважаемый Юрий Яковлевич! В течение последних месяцев в международных СМИ (Франция, Британия, Германия, США и др.) сохраняется настоящий ажиотаж в отношении якобы возобновления в России использования психиатрии в политических целях.

Крайне важно на первых же делах, возбудивших этот ажиотаж, пресечь его адекватными мерами, а не простым отрицанием.

Дело Ларисы Арап в Мурманске изначально не было политическим, но стало таковым в силу прямолинейной контрреакции руководства местной психиатрической службы на развернутую кампанию в СМИ по обвинению в незаконной госпитализации. Вмешательство комиссии Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации позволило предотвратить дальнейшее нарастание напряженности. По инициативе Всемирной психиатрической ассоциации, выразившей свою озабоченность данным случаем, Пленум Российского общества психиатров 10 октября 2007 г. с участием Независимой психиатрической ассоциации России обсудил данный вопрос и пришел к выводу о необходимости разработать строгое определение понятия «опасность лиц с психическими расстройствами, требующая недобровольного стационирования в психиатрический стационар» и «социальная опасность» в клинико-психопатологическом смысле слова. Это важный шаг на пути предотвращения использования психиатрии в немедицинских целях.

Однако в данный процесс вовлечены не только психиатры, но и работники правоохранительных органов, прокуратура и суд. Тревожным примером здесь является дело Андрея Новикова в Рыбинске. Талантливый член Союза писателей и Союза журналистов России в свои 40 лет остался эпатажным подростком до такой степени, что имеет 2 группу инвалидности по психическому заболеванию, но никогда никакой социальной опасности не представлял. Тексты, послужившие основанием для возбуждения против него уголовного дела по ч. 1 ст. 280 УК РФ, нигде не были опубликованы, не висели на его сайте, а были сняты с личного компьютера, т.е., не было состава преступления, но обращение к психиатрии позволило уже более 9 месяцев лечить его стационарно, хотя от амбулаторного лечения он не отказывался. Это очень жестоко, т.к. над такими, как он, окружающие издеваются.

В ноябре предстоит комиссия по переосвидетельствованию Новикова, которая рассмотрит возможность подачи в суд заявления об изменении меры принудительного характера и выписки Новикова из стационара на поддерживающую амбулаторную терапию. По мнению комиссии психиатров, осмотревшей Новикова 5 сентября с моим участием, Новиков в настоящее время не нуждается в стационарном лечении и не представляет социальной опасности. Было бы крайне важно, чтобы суд согласился с мнением психиатров и вынес соответствующее решение. Здесь важна позиция прокурора. Это лишило бы кампанию по возобновлению использования психиатрии в политических целях в нашей стране всякой реальной почвы.

Чрезвычайная серьезность проблемы состоит в том, что сейчас создались условия для автоматического возникновения множества подобных дел с неизбежным мощным резонансом и т.п. Прокуратура могла бы наиболее оперативным, решительным и эффективным образом скорректировать чрезмерное рвение некоторых чиновников с узким горизонтом. Президент НПА России Ю.С.Савенко»

Следует подчеркнуть, что по данной проблеме мы достигли единодушия не только с рыбинскими и ярославскими коллегами, в частности, проф. Е.А.Григорьевой, но и с руководящими сотрудниками Минздравсоцразвития России А.С.Карповым и Б.А.Казаковцевым. На Пленума Российского общества психиатров 10 октября в рамках ежегодной Всероссийской конференции планировалась атака на нашу позицию и мне при входе в зал было вручено анонимное письмо с шантажным «комроматом» на одного из моих помощников. Это не помешало нам осветить не только мурманское, но и рыбинское дело, что встретило поддержку аудитории, обобщенную проф. В.Н.Красновым и акад. Т.Б.Дмитриевой. Последняя тут же предложила создать комиссию по строгому определению понятия опасности с участием НПА России.

14 ноября состоялось освидетельствование Андрея Новикова комиссией врачей Рыбинской психиатрической больницы под председательством проф. В.А.Григорьевой. Комиссия приняла решение ходатайствовать перед судом о переводе А.Новикова на принудительное амбулаторное лечение. 6 декабря Рыбинский суд удовлетворил это ходатайство. Но выписка из больницы осуществляется только спустя 10 дней, по истечении срока кассации. 19 декабря А.Новиков вернулся домой.

Дело Андрея Новикова показало, что усилия общественности в деле Ларисы Арап не пропали даром. Если в Мурманске давление местной администрации на врачей, с которым мы тоже достигли единодушия, поставило на судебном заседании местные интересы выше профессиональных и даже престижа страны, то теперь, видимо благодаря и этому опыту, судебное решение всех удовлетворило. То, как важны региональные условия, подчеркнул на Пленуме РОП А.С.Карпов. Оказывается, показатель недобровольной госпитализации в Мурманской области – из наихудших по стране: 36%.

То, что вынес Андрей Новиков, поспособствует, наконец, более взвешенному использованию понятия «социальная опасность», по крайней мере, психиатрами. Что касается менталитета власти, то он нашел свое отражение в следующих строчках постановления Рыбинского суда: «…Отсутствие явной продуктивной психотической симптоматики, формально упорядоченное поведение, наличие социально приемлемых планов на будущее, достаточной критики к совершенному правонарушению, делают его на данный момент не опасным для окружающих. Однако, учитывая характер совершенного деяния, характер заболевания, его продолжительность во времени, данные о неустойчивости его социальной адаптации в прошлом, двойственное отношение к лечению и характеру литературной деятельности, говорят о необходимости контроля и поддержки со стороны психоневрологического диспансера, а также о продолжении медикаментозной терапии…».

Итак, «опасным для окружающих» Андрей Новиков был «характером своей литературной деятельности». Это ли не признание политического характера его дела?!

Но проблема: как быть с такими делами правозащитникам? Раскручивать международный скандал как в деле Ларисы Арап (Мурманск) или довольствоваться скорейшей выпиской, как в деле Андрея Новикова (Рыбинск) и Е.Поповой (Москва)? В конце концов, скандал с Ларисой Арап помог и Новикову, и Поповой. Но тем, кто не занимается политикой, не нужны политические дивиденды. Главным для нас является модус поведения власти по отношению к нашим пациентам, к психиатрии и психиатрам. Ее невмешательство в профессиональную автономию, недопустимость использования психиатрии в немедицинских целях.

Ю.С.Савенко